И строчка из книги – как целая жизнь…

Назад

О трудностях чтения и правильности перевода. Или как Герольд Бельгер открыл для меня казахских писателей.

О «щелчках» и чтении

Лет пять назад один известный человек в Актобе (кстати, немец по материнской линии) мне сказал, что книги в наше время уже никто не читает. Мол, это пустая трата времени —  жить чужой жизнью, тем более написанной. Немного поспорив, разошлись, каждый оставшись при своём мнении. У этого человека миллионы долларов, шикарный дом, машина, да и свои жизненные «хотелки» он удовлетворяет без труда. Может, он прав?

На днях мы встретились снова. Разговор пошёл в том направлении, которое было для него когда-то неприятным (о книгах). Каково же было моё удивление, когда мой собеседник заговорил о Ремарке, а потом перешёл на Абая:

— Мудрые мысли у обоих. Глубокие. Есть чему поучиться.

— Так ты же говорил, что эта пустая трата времени! Что случилось? Ты потерял своё состояние? Пошёл по миру и теперь повернулся к книгам?

— Нет-нет! Компания процветает, даже кризис не так сказался, как думалось вначале. Просто что-то щёлкнуло внутри. Просыпаюсь утром: весна, птички поют, а мне читать хочется. Пошёл в магазин, накупил классики. Сначала русскую литературу, потом немецкую, сейчас на казахскую перешёл. Такие вот повороты…

По мнению психолога Александра Ударного, такие жизненные «щелчки» характерны для большинства людей:

— Другое дело, что многие просто это игнорируют. А потом всё забывается, и жизнь течёт по накатанной. Мы не знаем, в какой момент они происходят, да и какой смысл в себе несут. Они просто есть и всё.

В чём вопрос?

Читать я люблю. С детства. Сначала были сказки, потом рассказы. Бажов, Салтыков-Щедрин, Чехов… Всё просто и понятно. А вот глубокомыслие Достоевского или Гончарова не шло. Бывает ведь: открываешь книгу, пара страниц – и ты уже знаешь: твоё или нет.

С казахской литературой познакомился ещё в школе. Правда, Интернета тогда не было. В школьной библиотеке тоже было негусто. Разжиться томиком Сакена Сейфуллина, Султанмахмуда Торайгырова или Беимбета Майлина было практические невозможно. Был Мухтар Аэузов – книжки четыре на весь класс. Слова назидания Абая переписывали в тетрадь…
Читали поверхностно, ибо школьная программа не давала часов для изучения казахских писателей.

Позже в институте судьба снова меня свела с Абаем. На практике в школе говорил ребятам о его словах. К моему разочарованию, некоторые его не знали. Поговорили, прислушались.

— Думаешь, молодёжь читает? Осознанно, вдумчиво, без нажима? Скачают детектив или популярный роман – вот и всё их образование, — заявил мне вчера коллега-скептик. Товарищ окончил вуз и сейчас преподаёт литературу в одном из колледжей. Стало быть, знает, о чём говорит.

Молодёжь актюбинского немецкого клуба «Возрождение» читает! Тут и буккроссинги, и обсуждения, и рекомендации. Среди популярных — Айтматов, Ауэзов, Ремарк, Агата Кристи. Председатель клуба немецкой молодёжи Анна Геер осилила Гёте. Говорит, понравилось.

Мой / не мой

О вкусах не спорят. Кто-то действительно предпочитает электронные книги, я же люблю
по старинке. Держать издание в руках, ощущать его запах, слышать мягкое шуршание страниц, делать закладки.

Передо мной две книги. Год издания обеих – 1984. В мою бытность студентом их подарил ректор Казахско-Русского международного университета. Темерхан Бердимуратов не был поклонником немецкой литературы, но уважал германских писателей.

Бертольд Брехт – мастер человеческой души. Его «Трёхгрошовый роман» изящен и многогранен. Герои и образы, описанные в произведении, передают  атмосферу, царившую в его эпоху. Трижды я пытался осилить Брехта, но не получалось.

— Иностранную литературу нужно читать в оригинале. Если нет возможности, то лучше искать в хорошем переводе. Иначе можно оказаться в западне: и автор хорош, и книга, и рекомендации, но не «идёт»…, — любила говорить мой педагог по зарубежной литературе Райхан Ибраевна.

Может, мне ещё повезёт, и когда-нибудь я найду славного переводчика. А может, подучу свой немецкий и проникну в тайны великого Брехта.

Вторая книга написана Беимбетом Майлиным. Признаюсь, мало знал об этом казахском писателе. Он был ещё и прекрасным журналистом и редактором газет. К его слову прислушивались, его слову верили.

С первых же строк стало понятно, что эта книга «моя». За два дня я «съел» почти 400 страниц. Хотелось ещё… Дальше – Абдижамил Нурпеисов, Габит Мусрепов в переводе Герольда Бельгера. Немец с «казахской душой» невольно заставил меня влюбиться в литературу казахского народа.
Перечитываю Абая. Вспоминаю, как трепетно Герольд Карлович относился к его творчеству:
«Есть выражение: «Всё переменчиво в этом мире». У меня иногда появляется зыбкая надежда, что новое поколение станет намного богаче в нравственном плане, чем наше. Надежда, что мы когда-нибудь возродимся духовно, о чём много размышлял Абай…»

А может, и правда, наступит  день духовного возрождения, и исполнится мечта великих Абая и Бельгера. И пусть это будет уже в этом веке…

Дмитрий Шинкаренко

Поделиться ссылкой:

x

X