Трудармейцы

Термин "трудовая армия”, или сокращенно “трудармия”, является неофициальным. Трудармейцами называли тех, кто в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. был мобилизован для выполнения принудительной трудовой повинности. На государственном уровне привлечение немцев к принудительному труду было официально оформлено в 1942 г. Массовый призыв немцев в трудармию был связан с постановлениями Государственного Комитета Обороны СССР от 10 января 1942 г. № 1123сс “О порядке использования немцев-переселенцев призывного возраста от 17 до 50 лет” и от 14 февраля 1942 г. № 1281сс “О мобилизации немцев-мужчин призывного возраста от 17 до 50 лет, постоянно проживающих в областях, краях, автономных и союзных республиках”. Таким образом, в трудовую армию были призваны как немцы, подвергшиеся депортации, так и коренное немецкое население. В соответствии с постановлением Комитета Обороны от 7 октября 1942 г. № 2383 “О дополнительной мобилизации немцев для народного хозяйства СССР” в трудовую армию были призваны женщины-немки в возрасте от 16 до 45 лет. От мобилизации были освобождены только беременные женщины и женщины, имеющие детей в возрасте до 3-х лет. Этим же постановлением был увеличен диапазон призывного возраста для немцев-мужчин - с 15 до 55 лет.

В основном мобилизованные немцы работали на объектах НКВД, а также в угледобывающей и нефтедобывающей промышленности, на строительстве железных дорог, на объектах строительства, легкой промышленности. Всего за годы войны труд мобилизованных немцев использовался на предприятиях 24 наркоматов в различных регионах СССР.
Режим содержания трудармейцев в рабочих колоннах определялся Приказом от 12 января 1942 г. № 0083 наркома внутренних дел “Об организации отрядов из мобилизованных немцев при лагерях НКВД СССР”. Согласно этому приказу трудармейцы должны были быть размещены в специально созданных для них лагерных пунктах отдельно от заключенных. В действительности это не всегда соблюдалось. Так, Мария Абрамовна Вал из д. Николаевка Благовещенского района 1914 г.р. рассказала, что из их деревни в трудармию мобилизовали в основном в Чкаловскую область на содовый завод. Саму Марию Абрамовну отправили в г. Орск Оренбургской области на строительство. Лагерь, в котором жила Мария Абрамовна, состоял из пяти бараков и был обнесен колючей проволокой. Жили трудармейцы вместе с заключенными. В 1956 г. Мария Абрамовна вернулась домой в Николаевку. Тяжелые условия жизни обрекали немцев на вымирание. Так, сестра Марии Абрамовны Вал умерла в трудармии от голода.
Согласно приказам НКВД из трудармейцев были сформированы отряды по производственному принципу в составе 1500-2000 человек. Отряды делились на колонны по 300-500 человек. В свою очередь колонны были поделены на бригады по 35-100 человек. Во главе отрядов стояли работники НКВД. Бригадирами назначали вольнонаемных. На должность бригадира мог быть назначен немец из числа трудармейцев.
По социальному составу мобилизованные немцы относились к различным слоям общества. Хотя большинство, безусловно, составляли крестьяне, которые не имели необходимых рабочих специальностей. Поэтому они не могли выполнять производственные нормы как опытные рабочие.
Яков Иосифович Гофман 1924 г.р., житель с. Тельмано Благовещенского района, рассказал, что с 1943 г. по 1946 г. работал на содовом заводе, который был расположен в д. Михайловка Ключевского района Алтайского края. Трудармейцы жили в лагере за колючей проволокой. Рабочий день длился с шести часов утра и до половины восьмого вечера. Каждый рабочий должен был выполнить норму. Только после выполнения нормы можно было идти отдыхать. Поэтому на практике работали до девяти или десяти часов вечера. Если же человек не выдерживал и уходил, не выполнив план, ему назначали на следующий день двойную норму.
Эльза Петровна Клостер (Дерксен) из д. Сереброполь рассказала, что в 1927 г. их семья была перевезена в Амурскую область, откуда в 1941 г. она была мобилизована в Якутию. Трое суток их везли в вагонах для скота, а затем еще трое суток в открытых машинах. Первые три месяца кормили только ржаным несоленым хлебом. Многие из мобилизованных погибли. Эльза Петровна работала учительницей в школе. Она постоянно подвергалась унижениям со стороны других учителей, которые настраивали против учительницы-немки учеников. Все считали ее врагом народа. Тринадцать лет Эльза Петровна прожила в спецпоселении, которое было окружено забором, за который запрещалось выходить. Трудармейцев, по ее рассказам, водили на работу под конвоем.
Эмма Александровна Ганеман 1925 г.р., проживающая в селе Удальное Табунского района, с 1928 по 1957 гг. жила в д. Желтенькое. Из Желтенького всех мужчин в 1942 г. забрали в трудармию в Пермскую область для работы на шахтах.
Мария Яковлевна Шартнер (Гизбрехт) 1918 г.р. из с. Хорошее не была в трудармии, так как ее дочери в момент мобилизации не было трех лет. Позже ее также не забрали в трудармию, по ее мнению, потому, что она работала бухгалтером. Мария Яковлевна рассказала, что из Хорошего в 1942 г. мобилизовали всех мужчин и женщин призывного возраста. Она сама отвозила на лошадях в Славгород мобилизованных жителей села. Женщины были в Пермской области. Из 33 женщин, побывавших в трудармии, в родное село вернулись 22. Из мужчин вернулся только Петр Фаст. Так, в трудармии погибли два брата Марии Яковлевны. Один из братьев был мобилизован в Воркуту. Кормили очень плохо, и брат решил собрать ягод. В то время, когда он перелазил через забор, его застрелили.
Нечеловеческие условия, в которых были вынуждены жить и работать трудармейцы, не могли не вызвать протест с их стороны. Так, старший брат вышеупомянутой Марии Яковлевны Шартнер был мобилизован в трудармию в Новосибирскую область. Условия труда и жизни были настолько невыносимыми, что он решил бежать. Во время попытки к бегству он был застрелен. Именно побеги, дезертирство были наиболее распространенной формой протеста.
Акулину Егоровну Диль, 1919 г.р., из с. Тельмано Благовещенского района мобилизовали в трудармию 13 февраля 1943 г., как только дочери исполнилось 3 года.
В 1942 г. из села Боронск Суетского района всех мужчин и женщин призывного возраста забрали в трудармию. По словам информаторов, вернулись в село из трудармии только двое. Из соседней деревни Михайловка мобилизовывали немцев в Новосибирскую область. Якова Ивановича Мейциха мобилизовали 7 ноября 1942 г. в Тульскую область для работы на шахтах. Жили в лагере за колючей проволокой. В 1948 г. проволока была снята, но необходимо было 2 раза в месяц отмечаться в спецкомендатуре в г. Туле. В 1950 г. вместе с другими трудармецами Я.И. Мейцих был переведен на Амур в п. Северный, где с трудармейцев была взята расписка о невозвращении на постоянное место жительства. На новом месте не было помещений, приспособленных для жилья. Трудармейцы жили в палатках, которые отапливались небольшими железными печками. Работали на лесозаготовках и строительстве.  На лесозаготовке Яков Иванович работал до февраля 1954 г. В феврале он был переведен на работу в рудниках, где работал бухгалтером. Состояние здоровья стало быстро ухудшаться, и врач Ефим Павлович Каблам подписал справку о том, что по состоянию здоровья Я.И. Мейцих не может работать. Эта справка помогла Я.И. Мейциху вернуться домой в конце 1954 г.
Из Марковки Кулундинского района забрали всех мужчин, начиная с 1926 года рождения. Во всей деревне осталось только двое мужчин, один из них был очень болен, а другой - глубокий старик. Трудармейцев направляли на различные стройки. Некоторые строили железную дорогу до Кулунды. Из Екатериновки и Ананьевки Кулундинского района трудармейцы направлялись на содовый завод Ключевского района Алтайского края и в Челябинск угольные шахты.
Давид Абрамович Винс, 1915 года рождения, житель с. Ананьевка был мобилизован в армию в 1937 г. В 1940 г. он участвовал в финской войне в звании старшего сержанта. После окончания Витебского училища он получил звание старшего лейтенанта. В 1941 г. ему сказали, что его отправят на фронт, но вместо этого он попал в трудармию, в район Ульяновска, где строилась железная дорога. Условия были ужасными: тяжелый физический труд сочетался с плохим питанием. Многие сбегали в окрестные села только для того, чтобы найти еду. Беглецов ловили и расстреливали. В 1942 г. на строительстве произошло крушение поезда, и всю вину возложили на Давида Винса. Он был осужден по статье 48.12, объявлен врагом народа и посажен в карцер. Так как Винс был невиновен, он написал письмо М.И. Калинину, и специальная комиссия его оправдала. До конца войны Винс работал помощником бригадира в Ульяновском совхозе. С 1946 по 1951 г. он работал председателем совхоза.
Из села Протасово в трудармию было призвано около 40 человек. Мужчин направили в Кузбасс, на Тульские угольные шахты, женщин - на Михайловский содокомбинат и лесоповал.
Андрей Иванович Готфрид, 1921 г.р., из с. Подсосново Немецкого района рассказал, что он был мобилизован в трудармию в 1942 г. в Кемеровскую область. Через 6 месяцев он был переведен в Томскую область, а через год в Новосибирскую. Он рассказал о том, что условия жизни были очень тяжелыми. Житель того же села Н. Иван Васильевич был мобилизован в Норильск, где проработал 9 лет. Он также сообщил, что часть мужчин 1922 г.р. оставили в Алтайском крае, где они работали на строительстве железной дороги. Большинство мужчин из Подсосново было мобилизовано в Новосибирскую и Кемеровскую область, женщины были направлены в Пермскую область.
По воспоминаниям жителей села Гришковка Немецкого района, во время войны в колхозе осталось около 40 человек трудоспособного возраста.
Из села Николаевка Немецкого района забирали в Башкирию, в г. Стерлитамак.
Из села Кусак Немецкого района сначала в 1942 г. забрали мужчин в Новосибирскую область, позже мобилизовали женщин в Башкирию и Молотовскую область. Возвращение односельчан из трудармии закончилось в 1958 г.
В 1948 г. трудамейцев закрепили в местах ссылки в качестве спецпоселенцев. В 1955 г. эти ограничения были сняты, но запрещалось возвращаться в родные места тем немцам, которые были выселены из режимных местностей и прифронтовых районов Советского Союза. Поэтому немцы, депортированные из европейской части России, вынуждены были вернуться в те места, где они были размещены после депортации.

Анита Аукеева: «Мама всегда говорила, что это нас Бог хранил…»

Анита Ивановна Аукеева (в девичестве – Цепп) из города Караганды часто вспоминает о сложных временах, последовавших за указом о депортации немецкого народа: «Родилась я 8 апреля 1939 года в селе Елененталь (ныне – Черногорка) Березовского района Одесской области. Моя мама после того, как отец погиб на войне, осталась одна с семью детьми. Так как она была слепой, нашу семью почти не трогали, только старшего брата забрали в рабочий лагерь в Германию.

«Была война, всем было тяжело...»

За годы работы в немецкой газете мне приходилось слышать множество семейных историй, связанных с депортацией. Почти все повествования схожи, менялись лишь фамилии и географические названия, ведь трагическая судьба постигла весь немецкий народ. Слушая очевидцев, чувствовалась, что боль утрат не угасла с годами, а на вечный вопрос: «За что пришлось терпеть такие лишения?» – казалось, не найти ответа.

Воспоминаний горьких след

В августе 2016 года немецкий народ отметит трагическую дату – 75-летие депортации. Событие, которое оставило глубокий след в судьбе каждой семьи немецкого народа, проживавшего на территории СССР в начале прошлого века.

  • Онлайн-галерея Леонида Брюммера brummer.kz
  • Всемирная выставка Экспо 2017 в Астане
Яндекс.Метрика