Руку помощи не забудут никогда

Назад

Актюбинские немцы с благодарностью вспоминают о тех, кто много лет назад принял их на своей земле

В нынешнем году День благодарности отмечается в третий раз, однако за столь небольшой промежуток времени праздник успел полюбиться всем казахстанцам. Многонациональный состав нашей страны не появился за один год – кого-то репрессировали в довоенные годы, многих представителей различных этносов депортировали уже во время Великой Отечественной войны, иные и вовсе приехали в Казахстан в поисках лучшей жизни. У каждого переселенца – вынужденного или добровольного – своя история.

В этом году Анне Иосифовне Гориной (в девичестве Диль) исполнится 85 лет. Она пережила репрессии, войну, знает, что такое голод и холод.

– Я ведь из Ленинграда, – с гордостью говорит моя собеседница. – Правда, спустя пять дней после моего рождения нас отправили в Тбилиси (мы его называли Тифлисом). Мама устроилась на обувную фабрику, а отец трудился на заводе по выпуску пуговиц. Жили в бараке, но не жаловались. Всё было хорошо, работали на совесть, ведь нас было девять детей, попробуй, прокорми всех.

Весть о войне была словно гром среди ясного неба, а через пару дней немецкому семейству приказали собираться. Поезд, паром, снова поезд. На вопросы вынужденных переселенцев солдаты лишь отмалчивались. Куда везут и зачем – никто не знал.

– Когда переплывали Каспий, то многие умирали. Их хоронили просто: заворачивали в простыню и сбрасывали в воду. Сколько их там осталось… один Бог теперь знает, – со слезами на глазах вспоминает Анна Иосифовна.

Конечный путь – одна из многих станций в степях Западного Казахстана.Потом были только брички с волами да местные жители, которые плакали при виде голодных и исхудавших ребятишек. Мама – Екатерина Ивановна Диль – едва держалась на ногах, самому младшему из детей не было и сорока дней…

Колхоз Политотдел на юге Казахстана встретил новеньких по-доброму: местные жители старались помочь переселенцам, кто хлебушек принесёт, кто молочком подсобит.
– Отца сразу же забрали в трудармию, а нас становилось всё меньше – лекарств особо не было, вот детей и косила хворь. Отец вернулся в 1943 году. Весь разбитый и больной, он недолго пожил на этом свете. Мы остались вдвоём с мамой, больше никого… – умолкает бабушка.

Анне Иосифовне повезло чуть больше, чем другим ее соотечественникам: южный климат позволял собирать маш (бобовые растения), засветло дети выходили на поля, за колосками пшеницы.
А ещё на юге был хлопок. Поля хлопчатника для девятилетнего ребёнка казались бескрайними.

– Мы никогда не жаловались. Бывало, не ели по нескольку дней, но держались. Всем было нелегко. Выходили на поле и собирали хлопок, его было так много, что казалось будто бы он повсюду, – вздыхает ветеран трудового фронта.

Что придавало сил маленькой девочке Ане? Может, надежда на то, что наступит завтрашний день и закончится война, а может то, что хотелось жить, несмотря на все тяготы судьбы.
Дружба проверяется временем, честь и милосердие – войной. Тысячи тысяч немцев, корейцев, болгар, армян, украинцев, азербайджанцев и других этносов будут с благодарностью вспоминать о том, как много лет назад их не оставили в беде, а протянули такую нужную руку помощи.

Дмитрий Шинкаренко

Поделиться ссылкой:

x

X